Полковник милиции в отставке Шпак А.В.: «Хотелось, конечно, вернуться живым. Так судьба и распорядилась»

Есть категория людей, которых сложные жизненные обстоятельства не ломают, а лишь обтесывают, придавая нужную форму и показывая, что нет ничего сильнее воли человека и преданности избранному делу. Полковник милиции в отставке Александр Васильевич Шпак – именно такой человек. Он трижды отдал долг Родине – отслужил в пограничных войсках, прошел службу в Демократической Республике Афганистан и 33 года находился на страже правопорядка в органах внутренних дел, став прочным заслоном на пути преступности. Его история в чем-то уникальна: в юности он никогда не планировал связать себя со службой в милиции, у Александра Васильевича были совсем другие мечты. Однако судьба будто вела его за собой, подталкивая и направляя в нужную сторону, чтобы он исполнил свое предназначение – всю жизнь посвятил служению людям.

Преодолеть себя

«Изначально у меня даже мысли такой не было – пойти в милицию. До армии я закончил 11 классов в Кировском районе, получил специальность электромонтера. После этого я год работал на ГЭС бригадиром. В принципе, у меня все получалось, но судьба сделала первый неожиданный поворот: меня призвали на срочную службу в пограничные войска в 1966 году. Эти три года были насыщенными и, как мне кажется, отчасти сформировали мой характер в те молодые годы. Я демобилизовался 25 июля 1969 года и вернулся домой. Как члену КПСС, мне было необходимо идти в районный комитет партии и становиться на учет. По стечению обстоятельств так получилось, что в Быховском райкоме член учетной группы предложила мне связать себя со службой в органах внутренних дел. Я побывал на беседе у начальника и замполита Быховского РОВД, они настойчиво меня убеждали стать правоохранителем. Тогда я впервые задумался об этом всерьез, а после того, как посоветовался с отцом и он одобрил – согласился. Так и начался мой милицейский путь.

Я был назначен на должность участкового инспектора милиции Быховского РОВД. Как сегодня помню, что на моем участке было три сельских совета, 4 хозяйства, 1 колхоз и 3 совхоза. Там я и начал познавать азы профессии. В то время у меня был свой личный мотоцикл, поэтому в теплое время года я мог оперативно передвигаться и решать возникающие вопросы, а зимой – на лошади с возком и вперед! Практически с первых дней я начал вплотную работать с уголовным розыском – при совместных действиях мы раскрывали различные преступления. На начальном этапе было необходимо преодолеть себя, научиться не сдаваться, когда периодически казалось при выезде на место происшествия, что ситуация безвыходная и ничего не получится. Но нет – начинаешь работать, разрабатывать различные версии, анализировать… И что-то обязательно удается выяснить, а затем – и размотать весь клубок! Постепенно у меня это все начало складываться, и спустя полтора года службы участковым мне предложили перейти на должность оперуполномоченного БХСС. Я согласился.

Следствие ведет…

У меня всегда получалась именно «следственная» часть работы. В начале 70-ых года нагрузка на правоохранителей все возрастала и возрастала. Нам в Быховский РОВД ввели еще одну единицу следователя и предложили ее мне. Впоследствии я прошел путь от простого следователя до начальника следственного отделения. А затем в 1978 году я перешел на должность заместителя начальника Кличевского РОВД по оперативной работе. В службе я всегда придерживался такой практики: всегда старался лично возглавлять следственную группу, вникать во все дела, досконально их изучая. Именно в Кличевском районе пришлось впервые задерживать вооруженных преступников – местность была неспокойная, особая. У местных жителей сложились между собой такие неприязненные отношения, что при первой же ссоре сразу начинались, например, умышленные поджоги. Или даже в открытую могли начать конфликтовать с применением физической силы или оружия. Потом где-нибудь прятались, баррикадировали вход, а нам необходимо было осуществить задержание. А кто при этом пойдет впереди? Естественно – заместитель начальника по оперативной работе. В данном случае – я.

Убежден, что человек познается именно в экстремальных ситуациях, в них можно хорошо узнать своих подчиненных. Однажды, например, неоднократно судимый гражданин вернулся в очередной раз из мест лишения свободы, вновь совершил преступление, был в бегах. В РОВД поступила ниформация, что он находится в нашем районе у сожительницы. Мы знали, что у него при себе обрез винтовки, то есть он опасен вдвойне. Вечером устроили засаду около его дома, а когда они с сожительницей потушили свет – решили задерживать. Было необходимо резко выбить дверь или окно. И вот один из участвовавших в операции участковых, который имел проблемы с дисциплиной, вызвался это сделать. То есть он проявил желание в сложной, опасной ситуации оказаться на передовой, а кто-то в этот момент прятался по углам. Вот такие факторы и являются определяющими в понимании того, что собой представляет человек. В итоге выломали мы эту дверь, она оказалась непрочной, сразу заскочили, причем так быстро, что задерживаемый только успел достать обрез из-под кровати, но произвести выстрел мы ему уже не дали.

Еще был один случай: на одном из хуторов одиноко жил человек в возрасте, жена его уже умерла, детей не было. При этом у пенсионера водились деньги, о чем узнали определенные криминальные элементы. Они пробрались к нему в дом, ограбили, убили, а строение подожгли. Мы выбыли на место происшествия. Это был выходной день, зима. По следам, которые вели от его дома, вышли на железнодорожную станцию. При этом - снег по колено, а сверху корка ледяного наста, поэтому ботинки, в которых я в тот момент был, за время, что мы преследовали преступников через поля, полностью порвались. Затем обошли всю станцию, соседние деревни – опрашивали людей. В итоге получили информацию, что это были цыгане, причем не местные. А на станции тоже жили несколько цыганских семей, которых мы, естественно, опросили. В итоге в результате оперативно-розыскных мероприятий мы уже достоверно знали, кто совершил преступление. Оказалось, что это были заезжие «гастролеры» из далекого города Орла. Через какое-то время наши коллеги их задержали, хотя изначально всем казалось, что зацепок очень мало. 

Мне запомнилось еще одно убийство. Однажды в РОВД поступило сообщение от местного пастуха о том, что где-то на отдаленном пастбище из земли торчит человеческая кисть. Выехали на место происшествия, пригласили экспертов из Бобруйска, оказалось, что это мужчина, пропавший без вести два года назад. Начали распутывать дело, подозрение пало на его сожительницу и ее сына. В итоге оказалось, что на почве личной неприязни молодой человек убил этого мужчину, а его мать помогла спрятать тело.

И таких случаев было немало: в Кличевском районе в то время происходило до 10 умышленных убийств в год. Большинство, конечно, было так называемых «бытовых», совершаемых в состоянии алкогольного опьянения после совместного распития горячительных напитков. То есть раскрывались подобные преступления обычно по горячим следам. Единственное – многие из них при задержании были вооружены, но, к счастью, ни разу никто выстрелить в нас не успел. Но, тем не менее, я почти всегда шел первым, при этом – патрон в патроннике, мало ли что, ведь в таких ситуациях дело зачастую решали доли секунды.

Затем меня назначили начальником Кличевского РОВД.

Упавший вертолет и отпуск домой

Спустя какое-то время из Москвы пришла разнарядка: направить от области трех кандидатов из числа начальников райотделов, заместителей по оперативной работе и заместителей начальника РОВД по идеологической работе для прохождения службы в Демократическую Республику Афганистан. Я был среди отобранных сотрудников и успешно прошел медицинскую комиссию.

Мы прибыли в Москву, а уже оттуда – на место назначения. Как сегодня помню, что 10 ноября 1982 года я приземлился в Кабуле, а уехал оттуда спустя два года – 12 ноября 1984-го.

В Кабуле я пробыл две недели, проходил определенную учебу и инструктажи, а потом меня направили в провинцию Кунар, до границы с Пакистаном оттуда было всего лишь 12 километров. А там дальше находился центр подготовки мятежников – неспокойное соседство, фактически мы располагались в зоне постоянных боевых действий, мимо пролегали тропы, по которым ходили караваны с оружием, где маскировали склады мятежники. Естественно, в связи с этим приходилось постоянно быть начеку.

Первые полгода я исполнял обязанности старшего советника нашего аппарата. Перед моим прибытием предыдущий старший советник погиб при проведении операции вместе с переводчиком. И получилось так, что назначили меня, как некогда начальника криминальной милиции. Помимо советнической работы, старший советник участвовал в общевойсковых операциях, которые организовывались в провинции, вместе с командующим царандоя и его личным составом. Постоянно присутствовал огромный риск, но мы справлялись, исполняли свой долг. Когда вылетали с заданием на вертолетах, всегда брали с собой наводчика и переводчика. Облетали на МИ-8 территорию. В это время наш батальон обстреливал точки, откуда уже в свою очередь по нам мог вестись огонь противник. Там практически круглосуточно, по сути, велась эта «перестрелка». Оттуда стреляют по нам, наши – по ним… Мы всегда старались быстро выдвинуться на взлетную площадку, подняться в воздух. Затем – подлететь к цели, осуществить необходимые действия, потом уйти в сторону. В общей сложности приходилось летать на эти бомбо-штурмовые удары не один десяток раз, иногда осуществлялось по несколько вылетов в день. И каждый из них, как это ни звучит, мог оказаться последним. По сути, сами перелеты были опасными, и не только те из них, что планировались в рамках какой-либо операции. Лично со мной произошел случай: когда мы поднялись в воздух на вертолете метра на 3-4, и внезапно отказал двигатель, мы рухнули вниз. В тот раз обошлось без пострадавших, но страшно представить, если бы такое произошло на более серьёзной высоте!

Затем меня назначили на должность оперативного сотрудника по специальной работе. У меня был подсоветный аппарат – уголовный розыск царандоя провинции Кунар, куда входили и эксперты, и оперативники. После 13 месяцев службы меня отпустили в отпуск на 40 дней, конечно, очень тяжело было ехать потом снова назад, ведь уже знали, что нас ждет. Тем более с каждой неделей срок до дембеля все уменьшался. Однако долг есть долг! Хотелось, конечно, вернуться живым. Так судьба и распорядилась.

Любить то, чем занимаешься

По прибытию из заграничной служебной командировки я был назначен следователем по делам несовершеннолетних в следственный отдел УВД Могилёвского облисполкома. Согласился, надо сказать, с радостью – соскучился по «живой» работе. С сентября 1985-го по август 1987-го года учился в Академии МВД СССР, по окончанию которой продолжил службу в должности заместителя начальника следственного отдела УВД облисполкома. В 90-ые годы нагрузка следователей возрастала, приходилось работать практически круглосуточно, однако мы жили своей работой, посвящая ей всего себя. За год у следователя могло находиться в производстве около ста дел – это очень много. Позже проводился эксперимент: нас вывели из подчинения УВД, я стал заместителем начальника следственного отдела МВД БССР по Могилевской области, прослужил так два года. Затем структура менялась еще не раз, но работа оставалась таже. В 2002 году я ушел на пенсию с должности первого заместителя начальника УСК МВД по Могилевской области в звании полковника милиции. В общей сложности я отдал службе в органах внутренних дел 33 года.

Мой главный совет всем – необходимо любить то, чем занимаешься, и всегда быть честным, во всех ситуациях. В первую очередь – перед самим собой».

Активная жизненная позиция, преданность делу, высокий профессионализм, заботливое отношение к людям снискали искреннее уважение к Александру Васильевичу среди сотрудников органов внутренних дел и жителей нашей области. Его достижения в службе отмечены медалями «За отвагу» СССР и ДРА, «За отличие в охране Государственной границы СССР», «За безупречную службу» трех степеней, Грамотой Президиума Верховного Совета СССР «Воину-интернационалисту», а также многими другими ведомственными и юбилейными наградами. Но самая главная награда – это удивительно сложный, но насыщенный и увлекательный профессиональный путь. Александр Васильевич прошел его вместе со своей женой Людмилой Яковлевной, с которой они вместе уже 47 лет, имеют двоих дочерей и четверо внуков. Только вдумайтесь в эту цифру! В этом весь Александр Васильевич Шпак, полковник милиции в отставке – постоянен в своей верности принятой Присяге, долгу, людям и семье. Таким и должен быть настоящий боевой офицер! 


Елена Игнатова, фото автора