Могилевская милиция была образована в Мстиславле 19 мая 1918 года

Почти вековая история Могилевской милиции берет свое начало в мае 1918 года, когда Могилевский губернский исполком принял Решение о создании профессиональной советской рабоче-крестьянской милиции. В те годы уездные отделы милиции Могилевщины работали в составе Могилёвской, а затем – Гомельской, Смоленской и Витебской губерний, а также - в округах Могилевском, Калининском (центр Климовичи) и Бобруйском, до того времени, пока 15 января 1938 года Решением I сессии Верховного Совета СССР не была образована Могилевская область. Поэтому так вышло, что Могилевская область отмечает в 2018 году 80-летие со дня своего образования, а Могилевская милиция свое 100-летие. 

Летописная история Могилевского края насчитывает около 900 лет. Наиболее древние города (Могилев, Кричев, Мстиславль и др.) ведут свое летоисчисление с ХІІ-ХIII веков.

В IX-X вв. территория современного Могилева интенсивно осваивается славянами. В ХІІ в. существовали укрепление на горе Могила и поселение возле реки Дубровенка. В ХІІІ в. Могилев являлся центром феодальной усадьбы и мог выполнять функции крепости. Его название, согласно народному преданию, произошло от места погребения богатыря Машеки, названного «Могилой Льва». В IX—XII веках могилевские земли входили в состав Киевской Руси. Именно тогда на берегах Днепра, на торговом пути «из варяг в греки» стали возникать многочисленные поселения и города. С XII и до середины XVI века Могилевщина входила в состав Великого Княжества Литовского, а после объединения польско-литовского государства — в состав Речи Посполитой.

В состав Российской империи могилевские земли были включены во время первого раздела Речи Посполитой, когда в 1772 году по указу Екатерины II была образована Могилевская губерния с центром в Могилеве. Тогда Кричев был подарен Екатериной II своему фавориту князю Потемкину, Шклов — генералу Зоричу, Пропойск (современный Славгород) — князю Голицыну.

Могилёвская губерния существовала в 1772-1919. В 1777 губерния была разделена на 12 уездов: Оршанский, Бабиновичский, Белицкий, Климовичский, Копысский, Могилёвский, Мстиславский, Рогачёвский, Сенненский, Старобыховский, Чаусский и Чериковский. В 1778 переименована в Могилёвское наместничество, которое в 1796 было упразднено, а уезды вошли в состав Белорусской губернии с центром в Витебске. На старых картах Могилёвской губернии показаны деления на уезды в разные года 19 века.

Могилёвская губерния восстановлена в 1802 в составе прежних 12 уездов, разделённых на 39 станов и 147 волостей. Граничила на западе с Минской губернией, на востоке – со Смоленской, на юге – с Черниговской, на севере – с Витебской губернией. В 1840 Бабиновичский уезд был упразднён и присоединён к Оршанскому, в 1852 Белицкий уезд переименован в Гомельский уезд, Старобыховский в Быховский. В 1861 Копысский уезд был упраздён, а его территория поделена между уездами Сенненским, Оршанским и новосозданным Горецким, в который вошла также часть Оршанского уезда. С сентября 1917 Могилёвская губерния в составе Западной области, входила в состав БНР, провозглашённой в марте 1918, с января 1919 в БССР, с февраля в РСФСР. 11.07.1919 Могилёвская губерния упразднена, 9 её уездов вошли в новообразованную Гомельскую губернию, Мстиславский уезд передан Смоленской, а Сенненский - Витебской губернии.

В 1919-1924 годах Могилев являлся центром уезда Гомельской губернии России, позже РСФСР. В 1924 году, в результате первого укрупнения, Могилевский, Быховский, Климовичский, Чаусский, Чериковский, Горецкий и Мстиславский уезды были присоединены к БССР. Согласно новому административному разделу на территории Могилевщины созданы Могилевский, Калининский (центр Климовичи) и Бобруйский округа.

Решением I сессии Верховного Совета СССР 15 января 1938 года была образована Могилевская область. В 1954 году к Могилевской области были присоединены Осиповичский, Бобруйский, Кировский и Кличевский районы Бобруйской области (существовала с 20.09.1944 по 08.01.1954 годы). Формирование области завершилось только в 1959 году, когда к ней был присоединен Глусский район.



Могилевская милиция «родилась» в Мстиславле
19 мая 1918 года

После эвакуации членов Могилевского губисполкома, в начале апреля 1918 года в Мстиславле состоялся V Чрезвычайный съезд Советов Могилевской губернии. Он принял решение об организации нового высшего органа губернской советской власти неоккупированных уездов – Могилевского губернского исполнительного комитета. В губисполком, кроме эвакуированных из Могилева, вошли выборные представители от Климовичского, Копысского, Мстиславского, Сенненского, Чаусского, Чериковского уездов, а также кооптированные члены от Красной армии и отдела продовольствия исполкома.

На очередном заседании 22 апреля губисполком определил свою структурную организацию. В его составе были созданы комиссариаты земледелия, финансов, народного хозяйства, продовольствия, народного просвещения, военный, призрения, административно-политический (комиссар Шебло) и комиссариат торговли, промышленности и труда. Кроме того, на заседании создали комиссариат юстиции с уголовным, гражданским, статистическим и  тюремным (комиссар – Романенко) отделами.

9 мая по предложению председателя губисполкома Селиванова, было принято постановление о «немедленной тщательной чистке персонала служащих губернии». Уездным, волостным, городским и местечковым Советам предлагалось в 7-дневный срок со дня получения   этого циркуляра, уволить из служебного персонала подведомственных им учреждений всех тех, кто служил раньше в охранке, полиции, жандармерии и т.д.

14 мая 1918 года губисполком переименовал «комиссариаты» в «отделы», а «комиссаров» - в «заведующих отделами» и утвердил сметы расходов на ближайшие три месяца. С этого же времени «административно-политический отдел» стал называться «отделом внутренних дел»,  чиновникам запрещалось ношение форменной одежды и каких-либо знаков служебного отличия. Члены губисполкома вооружались и обязаны были всегда иметь при себе личное оружие.

На этом внутренние организационные мероприятия Могилевского губисполкома в эвакуации, в основном, были закончены. Вместе с тем, оставался нерешенным один из главных вопросов, от которого зависело само существование советской власти в губернии. Нерегулярных вооруженных милицейских формирований, слабо подготовленных и не стабильно финансируемых местными Совдепами, для охраны общественного порядка и борьбы с противниками советской власти было недостаточно. Контрреволюционные мятежи, заговоры, чиновничий саботаж требовали создания хорошо структурированного специального органа, который смог бы на штатной основе профессионально и решительно пресекать попытки свержения новой власти. Борьба против преступных элементов, по сути, в то время являлась борьбой за советскую власть.

Начало иностранной военной интервенции и напряженная обстановка внутри страны окончательно подтолкнули советское правительство к необходимости создания штатного милицейского аппарата в государстве. НКВД РСФСР развернул активную работу по созданию штатных органов советской милиции.

Эти действия центрального аппарата напрямую коснулись Совета Западной области в Смоленске и Могилевского губисполкома в Мстиславле. 19 мая 1918 года состоялось судьбоносное для Могилевской милиции заседание губернского исполнительного комитета.

На нем 3-м пунктом повестки дня значился «Проект организации Советской милиции и отчет заведующего Отделом Внутренних Дел». Учитывая важность документа, приведем этот раздел в стенограмме протокола заседания полностью с сохранением орфографии, стилистики и пунктуации того времени:

«3. Оглашается декрет проекта Облисполкома об организации Советской милиции и формы подписки отбираемой от милиционеров и регистрационной карточки, а также письменный доклад заведующего о практическом проведении в жизнь проекта. После длительных прений, проект принципиально, в общем, одобряется и признается желательным постатейное его рассмотрение.

Формы подписки и регистрационной карточки принимаются. При постатейном рассмотрении первые 4 пункта принимаются без прений, по 5-му пункту о принятии милиционеров на службу возникли прения, и редакция этого пункта отвергается. 5-й пункт принимается за редакцией тов. Зенкевича [депутат от Чаусского уезда – авт.] с поправкой тов. Селиванова. Пункт излагается так: «Милиционеры набираются соответствующими начальниками милиций из граждан, принадлежащих к партии большевиков и Левых социал-революционеров, с утверждением уездных Совдепов».

6-й пункт принимается без прений. В 7-м пункте тов. Шебло настаивает на внесении поправки в смысл упразднения должности начальников уездной милиции и передачи их функций Заведующим отделами Внутренних Дел, чем достигается значительная экономия в расходах. Возникают прения и в результате большинством, в интересах экономии, 10 против 6 при 5 воздержавшихся, функции уездных начальников милиции передаются Заведующим Отделами Внутренних Дел.

Приступают к установлению  окладов содержания чинам милиции, каковые и устанавливаются в следующем размере:

- начальникам милиции 400 руб. в месяц, помощникам начальников милиции 350 руб., милиционерам в городе 300 руб., милиционерам в деревне 200 руб. в месяц.

В заключение предлагается тов. Шебло представить к следующему заседанию на основании утвержденных ставок проект сметы на испрошение кредита и представить свои соображения по поводу удовлетворения содержанием конных милиционеров…». 

Как видим, в соответствии с политикой советской власти в Западной области РСФСР, губернский исполнительный комитет на заседании 19 мая в Мстиславле обсудил и утвердил проект создания советской рабоче-крестьянской милиции в Могилевской губернии. Так день 19 мая 1918 года стал региональным профессиональным праздником - Днем работников могилевской милиции. С этого времени в сложной внутриполитической жизни губернии началось постепенное структурное оформление милиции Могилевщины, как государственного органа по охране общественного порядка, личной и имущественной безопасности граждан, бескомпромиссной борьбе с преступностью.

24 мая на очередном заседании губисполком избрал Революционный трибунал во главе с тов. Ивановым и Следственную комиссию в составе 1 члена губисполкома и 3-х представителей от уездов. Реорганизация новых правоохранительных органов советской власти продолжалась…

Следует отметить, что юридически, Могилевский губисполком на своем заседании в Мстиславле опередил СНК РСФСР в Москве, который только через три месяца, 21 августа 1918 года рассмотрел проект Положения о советской милиции и поручил НКВД РСФСР переработать его в Инструкцию. 13 октября 1918 года Инструкция об организации советской рабоче-крестьянской милиции была утверждена Народными комиссарами внутренних дел и юстиции и стала правовой основой дальнейшего строительства милиции.

Напомним, что город Могилев и часть уездов губернии на правобережье Днепра в то время находились под немецкой оккупацией, и советская власть возвратилась сюда только в середине ноября 1918 года.

О состоянии порядка несения службы военными и милицией в пограничной Могилевской губернии хорошо видно из донесения в Быховский уездный исполком представителя Чрезвычайной следственной комиссии, который в конце июня 1918 года инспектировал окрестности Пропойска (ныне Славгород – авт.): «…в течение недели при проверке мною патрулей на дорогах на месте их ни разу не оказалось. Наряды патрулей на въезды и выезды из м. Пропойска в советском отряде проводятся очень плохо. Командиром советского отряда при моем появлении в Пропойске я был обманут, а именно: он сказал, что на всех дорогах расставлены сильные патрули, но в действительности наряды на въезды и выезды не производятся, а если иногда и видишь с ружьем красноармейца, так это он выходит по своему усмотрению.

Прибавляю, что наряды не назначаются и на самых людных пунктах и в центре местечка их почти никогда не видно, особенно ночью. Также ночью нередко производится стрельба в разных местах Пропойска. При моем расследовании кто стреляет, пока выяснить это не удалось, за исключением одного случая, когда стрелял военный комиссар.

Из вышеизложенного вытекает, что власть Пропойского района халатно относится к своим обязанностям, а потому и вынужден сделать это донесение в Чрезвычайную следственную комиссию пограничного района Западной области и Всероссийскую Чрезвычайную Комиссию.

Предлагаю немедленно сделать распоряжение о том, чтобы местная военная сила и милиция стали на должную высоту своих обязанностей и чтобы на службе у всех была строгая революционная трудовая дисциплина. Милиции и советскому отряду приказываю немедленно расставить патрули на Базарной площади и на более оживленных улицах, а также на въездах и выездах Пропойска на расстоянии 1-2 верст от местечка. У проезжающих просматривать документы, а лиц отправляющихся за границу или приезжающих из-за границы отправлять в мою канцелярию для контроля…».

Период, когда советская власть пока «не стала на ноги» и не навела порядок, активно использовали разного рода воры, спекулянты и жулики. 31 июля 1918 года на участке дороги Чаусы-Рясна «между столбами 96-99» в 8 верстах от гор. Чаусы было похищено 120 саженей проволоки. С просьбой о помощи в розыске воров начальник милиции Чаусского уезда обращался в «Быховское уездное милиционное управление» [так в документе]. Отсутствие проводов на некоторое время лишило Чаусы телеграфной и телефонной связи с губисполкомом в Мстиславле.

Становление милиции проходило в трудных условиях первых послереволюционных лет. Неотрегулированность нового законодательства, слабая информированность населения и низкий авторитет милиции приводили к конфликтам и неподчинению нарушителей законным требованиям милиционеров. Это хорошо видно из разбирательства обычного бытового дела, случившегося 6 октября 1918 года на Быховщине. Начальник милиции 1-го участка Быховского уезда, будучи по делам службы в местечке Журавичи получил сообщение, что еврей-сапожник Меер Злотников из кожи от новых патронных подсумков делает подметки. А так как в то время действовало распоряжение военного комиссара о сдаче всех войсковых предметов в военные комиссариаты, то начальник и три милиционера участка попытались арестовать его и составить протокол о нарушении. Семья сапожника начала оскорблять милиционеров, называя их и Чрезвычайную следственную комиссию по борьбе с контрреволюцией «хабарниками». В дело вмешались прибывшие солдаты 1-го батальона Мценского полка, для которых Злотников шил сапоги. Они освободили сапожника и двух его сыновей «порвав в клочки предписание на арест и протокол». Более того, на квартиру Злотникова явился член Журавичского исполкома Терешков и отменил приказ, заявив, что начальник милиции не имеет права распоряжаться в Журавичах без его разрешения. Он арестовал милиционеров, забрал их в Совет, но позже отпустил.

На этом дело не закончилось. Начальник милиции, как представитель  закона, чувствуя свою правоту, закончил донесение в вышестоящие органы следующими выводами [стилистика и пунктуация документа сохранены]: «Донося о вышеизложенном и обвиняя Меера Злотникова и двух его сыновей: 1/ В порче казенных вещей вопреки распоряжению Советской власти, 2/ За не сдачу казенных вещей в военный комиссариат, согласно распоряжения Советской власти, 3/ За возбуждение контрреволюционной толпы против Советской власти, 4/ За оскорбление Советского учреждения милиции и 5/ За оскорбление Чрезвычайной Следственной Комиссии, - прошу Вашего распоряжения принять самые энергичные меры против таких наглых, губящих кровью завоеванную свободу, выступлений Меера Злотникова и двух его сыновей».

Отсутствием хорошо структурированных органов милиции и слабым законодательством регулярно пользовались должностные лица - расхитители и мошенники,  причем в крупных размерах. Находясь у власти и занимаясь снабжением, они воровали эшелонами и «исчезали» с многотысячными суммами денег. Сводки и объявления Облискомзапа [Областного исполнительного комитета Западной области РСФСР – авт.] того времени пестрят подобными случаями. В сентябре 1918 года отделом борьбы с должностными преступлениями Всероссийской ЧК на Лубянке разыскивался гр-н Кудинский Сергей Дмитриевич, бывший главный комиссар и военный руководитель всеми продовольственными отрядами. 

В том же месяце Чрезвычком Западной области разослал циркуляр по розыску секретаря партии левых эсеров, члена Облискомзапа Станислава Саржинского, который получив из отдела снабжения аванс в 235 тысяч рублей скрылся, и местонахождение его было неизвестно. Учитывая внутреннюю обстановку в стране, с просьбой о задержании Саржинского обращались не только к милиции, но и ко «всем советским учреждениям, должностным лицам, военным, железнодорожным властям и рабочим организациям…».

В октябре 1918 года Всероссийский ЧК секретной телеграммой просил Могилевский Губчека принять срочные меры к розыску и задержанию летчика Федорова, который с двумя миллионами рублей на аэроплане «Диктатор А. Саян» улетел из Москвы и скрылся в неизвестном направлении.

В Могилевской губернии, как и во всей стране, после 1-й Мировой войны и революции, среди населения широко распространилось попрошайничество и нищенство. На переднем фронте борьбы с этими явлениями оказалась милиция. Отделы социального обеспечения при Губисполкоме создавали специальные распределители, куда постовые милиционеры должны были доставлять нищих и попрошаек. Этого «грозно» требовали циркуляры, направляемые центральными властями Губернским управлениям милиции.  В соответствии с ними больные должны были отправляться в больницы или санатории, здоровые – на Биржи труда, полные инвалиды – в трудовые коммуны или мастерские для обучения, беспризорные дети – в приюты, матери с грудными детьми – в Дом матери и ребенка. Так должно было быть, но на практике все было сложнее. В 1918 году лозунг «Нищенство – позор Советской России» был не более чем декларативной констатацией факта в стране с разрушенной экономикой и слабой властью. Предстоял огромный труд и многие годы, чтобы изжить это позорное явление в социалистическом государстве.

Несмотря на трудности, новая власть принимала решительные меры не только по борьбе с разрухой народного хозяйства и бедностью населения, но и уделяла большое внимание охране историко-культурных ценностей. Исполнительный комитет Совета Западной Коммуны своим декретом от 9 октября 1918 года предписал начальникам милиции «принять все меры по наблюдению за сохранностью исторических и художественных памятников, зданий и прочих сооружений, а также оказывать содействие при обследовании и перевозке культурных ценностей».

Начальникам милиции Западной Коммуны, куда входила и Могилевская губерния, вменялось в обязанность разъяснять своим подчиненным на «значение древности для науки в жизни человечества», а милиционерам собирать и охранять случайно найденные в земле или у частных лиц предметы древности, имеющие научную или художественную ценность. Найденные предметы предписывалось доставлять в отдел народного образования Западной Коммуны в Смоленске.

5 октября 1918 года коллегией НКВД РСФСР было утверждено Положение об организации отдела уголовного розыска. Он создавался для охраны революционного порядка путем негласного расследования преступлений уголовного характера и борьбе с бандитизмом. При всех Губернских управлениях советской рабоче-крестьянской милиции «в городах, как уездных, так и посадах с народонаселением не менее 40-45 000 жителей создавались отделения уголовного розыска во главе с одним начальником и необходимым числом сотрудников». Конкретная штатная численность определялась в зависимости от количества населения, уровня преступности и других обстоятельств. Все действовавшие до этого времени уголовно-розыскные учреждения республики, в том числе и Могилевской губернии, приводились в соответствие с новым Положением.

На службу в уголовный розыск категорически запрещалось принимать лиц участвовавших до Октябрьской революции в политическом сыске. Исключение составляли бывшие сыщики, которые «ныне занимают должности начальников уголовного розыска. Для оставления их на службе, отдел управления местного совета должен обстоятельно под свою ответственность каждый раз входить с ходатайством через Главное управление милиции в народный Комиссариат внутренних дел об оставлении начальника отделения на своей прежней должности…». 

Приказом по Могилевской губернской милиции от 5 февраля 1919 года №18 Могилевское отделение уголовного розыска было переименовано и стало называться «Губернское отделение уголовного розыска». Теперь кроме борьбы с бандитизмом, кражами и грабежами на территории г. Могилева оно стало руководить деятельностью уголовно-розыскного дела в губернии, издавало приказы и давало указания, проводило ревизии и осуществляло надзор за деятельностью учреждений уголовного розыска в пределах губернии.

 

#100летМогилевскоймилиции